Ярослав Судзиловский: «Колесим по стране и пропагандируем культуру»

Дата публикации

Председатель молодежного отделения (МолОт) Союза композиторов России — о международной интеграции, стилистических гетто, Глинке и Мусоргском.

В сентябре стартует Первый всероссийский фестиваль симфонической музыки молодых композиторов России. Концерты и мастер-классы форума состоятся в Ярославле, Казани, Краснодаре и Москве. Организатор фестиваля — Cоюз композиторов России и его молодежное отделение (МолОт). На вопросы обозревателя «Известий» ответил председатель МолОта, секретарь СК РФ Ярослав Судзиловский.

— Фестиваль объявлен всероссийским. Но, судя по географии концертов, у МолОта обширные международные связи.

— Наши горизонты неуклонно расширяются. Недавно мы представляли Российскую Федерацию на международном фестивале «Дни новой музыки» в Кишиневе. Провели международный симфонический форум — симпозиум «Молодая Евразия» для композиторов из регионов России и бывших республик СССР. Он теперь станет ежегодным.

Завязались интересные контакты с молдавскими, польскими и британскими композиторами. Активно развивается белорусское направление. Белоруссия — одна из наиболее перспективных в культурном отношении стран, там активно ведутся интеграционные процессы. В этом году, например, впервые в истории состоялся визит якутских композиторов в эту республику.

— У вас, говорят, есть даже франко-швейцарское отделение.

— Да, несколько русско-французских и русско-швейцарских проектов запланированы на следующий год. МолОт — международная творческая организация, чему я очень рад. Мы объездили с концертными программами почти весь бывший Советский Союз. Первое поколение МолОта — это люди, которым уже за 30. Некоторые из них, например Эльмир Низамов из Татарстана, уже получили государственные и республиканские премии, а начинали первокурсниками.

— У советского СК были дачи, поликлиники, детсады. А что дает композиторам ваша организация?

— Возможность исполняться, учиться у старших коллег, общаться с ровесниками и свободно интегрироваться в евразийское культурное пространство. Я считаю, это очень важно для развития композитора. Когда человек живет в стилистическом гетто, он сам себе обрубает путь для развития — творческого, интеллектуального, духовного.

— Какого рода музыку вы исполняете?

— Абсолютно любую — экспериментальную, традиционную, неофольклорную. У нас есть свой коллектив — санкт-петербургский «МолОт-ансамбль». В Кишиневе он, кстати, сыграл премьеру моей «Танцсюиты», под которую реально можно станцевать. Я отталкивался от преломления танцев сквозь современное искусство...

— Насколько эффективно помогают МолОту старшие коллеги?

— Новое руководство Союза композиторов во главе с председателем Рашидом Калимуллиным всецело нас поддерживает. А как иначе? Все-таки 7 лет мы колесим по стране и пропагандируем молодую русскую культуру.

— То есть всё хорошо?

— Со стороны Союза композиторов — да. Что нужно в идеале? У нас разработаны предложения по «Стратегии 2025» по молодежной политике СК до 2025 года. И главная тема там — статус профессии «композитор». В реестре профессий ее по сей день нет. Консерватории выпускают специалистов, в дипломе у них написано: «композитор», но в трудовую книжку это занести нельзя. Кто-то занимается педагогикой, кто-то работает аранжировщиком, кто-то заведует музыкальной частью театров, причем по большей части драматических. А это — совершенно другое направление творчества.

— Как можно решить этот вопрос?

— Необходимо создание рабочих мест в тех же театрах — Большом, Малом, Музыкальном театре Станиславского. Театры, у которых большие бюджеты, могли бы создать хотя бы по десять штатных конкурсных композиторских мест, куда пришли бы профессиональные люди. Сфера деятельности? Переоркестровка, переписка, переаранжировка. Ну и, конечно, создание новых сочинений, обогащение репертуара.

— В идеале композитор — абсолютно творческая, свободная профессия. Живет заказами и не нуждается в постоянном рабочем месте.

— Тогда нужно создать государственный орган, который будет заниматься заказами и пенсиями для творческих работников. В данном случае я выступаю не как чиновник, а как художник, размышляющий на тему, как бы хорошо сделать.

— Например, вернуться к советской системе с ее масштабной поддержкой творческих союзов...

— Союз композиторов СССР был очень мощной структурой, которая давала композиторам возможность благополучного существования. Были системы государственного заказа, распределения, отчислений в музфонд СССР с каждого случая исполнения русской музыки. Таких тепличных условий не было нигде в цивилизованном мире. И уже не будет.

— У российской музыки — свой, особый путь?

— Нет никакого особого пути. Неправильно разграничивать российскую и западную музыку. Вся русская профессиональная композиторская школа была создана на итальянских и немецких традициях. Михаил Иванович Глинка учился в Италии. Потом было объявлено, что «Иван Сусанин» — это наше всё. Мне это странно — более антипатриотичной оперы я не слышал. Весь первый акт построен на малопривлекательном русском крестьянском быте. И, по контрасту, совершенно блестящий польский акт — цивилизация, красота, изысканные манеры. Если бы Мусоргскому заказали оперу на этот сюжет, он бы совсем иначе сделал.

— В «Борисе Годунове» тоже красочный польский акт...

— Да, но у Мусоргского есть замечательные русские ноты, которых совершенно нет у Глинки. Слышно, насколько сильнее он связан пуповиной с русской культурой. Я говорю это к тому, что делить музыку на западную и российскую в принципе ошибочно. У нас общая европейская музыка. Мы воспитаны системой, где человеческая жизнь является высшей ценностью. Это — главный фактор европейской философии и того индивидуализма, что взрастил Вагнера, Малера, Прокофьева и Шостаковича.

— Чего бы вы хотели пожелать своим молодым коллегам?

— Смелости. А еще художник должен быть умным. Есть проблема с интеллектуальным развитием некоторых музыкантов. Может быть, это было во все века, не знаю. Хотелось бы пожелать нашим авторам быть шире, знать больше. Если ты занимаешься духовной музыкой, не пиши задачи из учебника, называя это хоралом. Надо действительно начать духовный поиск, знать хотя бы немного другие вероучения.

Справка «Известий»

Ярослав Судзиловский — композитор, виолончелист, эссеист, педагог. Родился в 1980 году в семье известного виолончелиста Сергея Судзиловского. Окончил МГК им. П.И. Чайковского и аспирантуру по двум специальностям: виолончели и композиции. Лауреат международных конкурсов. Автор симфонических и камерных сочинений. Секретарь Союза композиторов РФ, председатель его молодежного отделения (МолОт).


Интервьюер: Светлана Наборщикова
Оригинал публикации: www.izvestia.ru